Никита Бровко и Анастасия Мельникова

Он – по-мужски серьёзен, она – просто обворожительна. Они – молоды и красивы, и у них всё впереди. Знакомьтесь, Никита Бровко и Анастасия Мельникова...

Ребята, звезды сложились так, что у вас очень именитые танцевальные семьи. Родители Никиты – известные педагоги, Настина сестра – чемпионка мира. Никита, а родители сразу были настроены делать из тебя танцора?

Никита: На самом деле, нет. Но у меня не только мама и папа, но еще и дедушка, и бабушка тоже связаны с танцами. Дедушка - очень разносторонний человек: занимался народным танцем, акробатикой, бабушка - балетом, бальными танцами. У бабушки был свой танцевальный клуб в Нижневартовске, и родители сначала танцевали там, потом стали педагогами. Когда мне было пять лет, то у нас в клубе проходил турнир для начинающих. Где-то за неделю до него, меня спросили: хочу ли я там станцевать? Я ответил: да, хочу. И я не занимался в зале, просто ко мне домой приходил преподаватель по ритмике, и я учил с ним вару-вару, польку. С этого всё и началось. Так что инициатива шла скорее от меня.

А потом началась очень успешная конкурсная карьера...

Никита: Да, до Юниоров - 2 я не проиграл ни одного Чемпионата России.

А звёздной болезни не было?

Никита: Нет, я бы не сказал, не было.

Настя, а как складывалась твоя карьера?

Настя: Я начала танцевать в девять лет. Точнее, начинала в шесть, но не пошло: мне стала скучно, я попробовала другие виды спорта, а потом все-таки вернулась в танцы. С девяти до одиннадцати лет я танцевала в России, а в одиннадцать лет мне поступило предложение уехать в Англию. Я согласилась. Там тоже были тренировки, но не такого уровня как в Москве: не такие, как я ожидала. А потом я поняла, что это не мое: ни страна, ни партнер, и я уехала, и год танцевала в России, в клубе "Квадрат", у Игоря Крауса. А через год поступило предложение из Дании (смеется), и я опять уехала. В Дании мне понравилось больше: у нас были очень хорошие отношения с партнером, мы общаемся до сих пор, но тоже не сложилось. Я опять вернулась обратно, потом уехала на Украину, встала в пару с Евгением Голиченко, ну а остальное вы уже знаете...

Не жалеешь, что так рано уехала из дома?

Настя: Нет: и мама, и я, чувствовали, что мне это нужно. Меня это сильно изменило, я выросла, по-другому начала относиться к себе, у меня появились другие ценности в жизни. Я рада, что все так сложилось.

Не могу удержаться от провокационного вопроса. Настя, каково это: быть сестрой Анны Мельниковой?

Настя: Для меня это очень большая ответственность. Это моя семья, и, естественно, мне тоже хочется показать лучшее. Когда есть такая сестра, как Аня Мельникова, – это тяжело (смеется). Она очень помогает мне советом, и танцем, но мне все-таки кажется, что мы с ней очень-очень разные. И как люди, и как танцоры. Многие говорят, что мы Аней в танце похожи, но я так не считаю.

Танцевальный союз Никиты Бровко и Анастасии Мельниковой стал настоящей неожиданностью не только для публики, но и немного... для них самих. Настя уже два месяца танцевала в паре с Евгением Голиченко на Украине, когда судьба преподнесла ей небольшой сюрприз. Она приехала в Москву, чтобы сшить платье, и встретилась с Никитой Бровко. И хотя их семьи были знакомы уже давно, никто и, наверно, даже они сами не предполагали, что у них начнутся серьезные отношения.

Всё развивалось стремительно. "Мы были довольно долго знакомы с Настей, – рассказывает Никита, – но разговора о том, чтобы танцевать вместе, у нас никогда не было. А потом получилось так, что мы с Алиной (Жаруллиной – прим. ред.) расстались, и я просто предложил Насте попробоваться, когда она была в Москве. Это получилось довольно спонтанно – Настя приехала в Москву даже без туфель". После проб Настя решила вернуться в Киев, но не тут-то было.

"Я уже взяла билеты, – говорит Настя – Никита проводил меня на самолёт, я прошла регистрацию, и тут оказалось, что в моих документах не хватает одной маленькой формальности. Мне было тогда 17 лет, я была несовершеннолетней, и оказалось, что в моей доверенности не хватало пометки, что я еду в Киев, на Украину. На паспортном контроле мне сказали, что я никуда не улечу, пока не сделаю эту бумагу. Пришлось звонить Никите, и возвращаться обратно в Москву". Так началась еще одна танцевальная история. И началась довольно успешно:

Ребята, вы помните ваш первый совместный турнир?

Никита: Да, он запомнился больше всего. Это был маленький турнир в Польше, в Варшаве. Мы тогда стали вторыми, сразу вслед за Андреем Зайцевым и Анной Кузьминской. Первый турнир был для нас своего рода стрессом. У меня тогда уже была некоторая планка, с которой все-таки не хотелось падать, пусть даже в глазах публики. Но когда в первом танце мы проходили мимо зрителей, и нас сразу начали поддерживать, то это было очень приятно. Тем более что в Польше я до этого никогда раньше не танцевал, и даже никогда не был. Так что наш дебют мне очень запомнился.

Я думаю, этот вопрос интересует многих: сколько часов в день вы тренируетесь?

Никита: У нас нет конкретного регламента. Важно, как ты проводишь время в зале. Но если говорить о максимуме, то мы тренируемся самостоятельно, плюс мы можем также разбирать что-то с моими родителями (тире педагогами), плюс полтора часа практика, и плюс после практики у нас бывает йога, модерн. Я считаю, что четыре–пять часов – это оптимальный вариант.

Настя: Я стараюсь также заниматься одна.

Как обычно проходит тренировка?

Никита: Мы обязательно обсуждаем на тренировке, что удобно Насте, что удобно мне. Потому, что если каждый из нас будет делать набор вещей, которые необходимы ему, и это не будет сочетаться друг с другом, это тоже плохо, я считаю.

Вы используете зеркало во время практики?

Никита: Когда идёт прогон, мы обычно танцуем на другую сторону зала, где нет зеркал. Ну а если мы что-то разбираем, иногда все-таки пользуемся зеркалом.

Настя: Иногда зеркало помогает, но чаще зеркало "забирает" твою энергию.

А у вас остается время на какие-то хобби, общение друг с другом, общение с друзьями?

Никита: Танцы занимают все время, это и хобби, это и профессия. Но я могу собраться с ребятами пойти в футбол или волейбол поиграть.

Настя: А я поддерживаю Никиту, это мое хобби (смеется).

Никита: Мои хобби связаны с общением, разгрузкой, отдыхом: все-таки как загнанная лошадка я не могу работать. Мне нравится смотреть кино, гулять с друзьями – с моими друзьями мы видимся почти каждый день.

Настя: Они очень помогают нам, и я вижу, как это важно для Никиты. Я очень благодарна им за поддержку, которую они нам дают.

Я правильно понимаю, что вы находитесь в хороших отношениях в Кириллом Белоруковым и Антоном Карповым?

Никита: Да, но это больше с моей стороны. Мы соревнуемся с Детей-1, в одной категории, надо начать, наверно с этого. Сейчас мы танцуем в разных организациях и в разных городах, но, когда встречаемся, помимо танцев поддерживаем человеческие и дружеские отношения.

Как вы считаете, в чём сильные стороны вашей пары?

Настя: Я думаю, то, что мы пытаемся передать в паре – это, наверно, то, о чём и есть танцы: мужчина и женщина, их история. Для меня это очень важно, и я думаю это самое главное. Каждое движение, каждая эмоция должна иметь какой-то смысл.

Никита: У многих пар сейчас нет базы, нет выученного алфавита, который позволяет танцевать. Очень много аэробики, акробатики, очень много каких-то амбиций, непонятных фигур, не связанных с музыкой. Это перестает быть танцем, и это обидно. Мне сложно оценивать себя со стороны, но мне кажется, что мы все-таки стараемся показать бальный танец.

А как вы относитесь к популярной сегодня "шоу-тенденции"?

Никита: Курьезные случаи на турнирах всегда бывают, контакт с публикой – это хорошо, но контакт – это не кривляние. Есть видео, где Франко Формика садится на шпагат, и неожиданно перед ним встаёт пара. Это курьезная ситуация. Но Франко нашёл выход: он просто "пронырнул" (!) под ногами танцоров. И в этом не было ничего такого: он красиво, этично, вышел из ситуации. Это и есть класс, и публика, естественно, приветствовала его стоя.

Понимаю, что вряд ли имеет смысл обсуждать ваших коллег по паркету. А кто импонирует Вам из танцоров прошлого?

Никита: Брайан Ватсон. Когда он прощался с танцевальным паркетом, это произвело на меня очень сильное впечатление. Мне также нравится танец Алана Торнсберга. Даже не стиль, а его индивидуальность, яркость, то, как он умел преподносить партнершу. Я не скажу этого о Любителях, но мне кажется, в Профессионалах сейчас все приходит к тому, что каждая пара все-таки старается иметь собственное лицо.

Сейчас танец очень изменился: стал более четким, скоростным. Как все-таки сохранить то, что было изначально, найти баланс между спортом и искусством?

Никита: Раньше танец, действительно, выглядел легко и непринужденно, хотя, возможно и не был настолько эффектным, как сейчас. Сейчас танец для многих спорт, но если найти эту золотую середину, эту грань, это будет то, что нужно. И мне кажется, что многие танцоры, которые сейчас имеют хороший результат, все-таки эту грань нашли.

Настя: Это элегантный вид спорта. Но все-таки это спорт. В любом случае ты выходишь на публику, и затрачиваешь много сил: эмоциональных, физических.

Так все-таки спорт?

Никита: Как сказал один из известных судей: "Когда ты начинаешь танцевать, ты думаешь, что танцы – это искусство, когда заканчиваешь танцевать, то осознаешь, что все-таки - это спорт".

Но если все так спортивно, то получаете ли вы удовольствие от того, что танцуете?

Настя: Я получаю удовольствие от движения, от взаимодействия, от взгляда партнера.

Никита: Можно получить удовольствие даже от того, что педагог показал тебе что-то, а ты сделал это в теле. Если я не получаю удовольствия, значит что-то не так. Может быть, когда я приезжаю на турнир к первому туру, к девяти утра, я не получаю удовольствия (смеется), но на паркете, я в любом случае стараюсь его получить.

Настя: Мне кажется, если бы не получали удовольствия, мы бы этим просто не занимались.

Автор: Юлия Котариди

Рубрика: Знакомьтесь, ПАРА!

Источник: dancesport.ru